Harley Apostate

Текст: Дмитрий Хитров

Фото: Влад Лифановский, Александр Адвокат

Источник

Каждый из нас, кто хоть на йоту претендует на звание творческой единицы, неизменно находится в поиске. Ищем все разное и одновременно одно и то же – свой стиль, своё место. Если поиск затягивается – может прийти разочарование и превращение потенциального гения в менеджера по продажам, зато когда цель уже маячит на горизонте начинается самое интересное – плодотворная работа.

Во время визита в Москву одного известного кастомайзера, тот, приятно удивлённый уровнем стоящего на выставке мотоцикла, спросил у переводчика, что же такое «Опексово»? Ответ не замедлил себя ждать – «Орехово это что-то вроде Бронкса, только у нас там строят мотоциклы». Сергей Кузаков и Андрей «Череп» уже пятнадцать лет самозабвенно трудятся на ниве отечественного мотоциклостроения и для всех любителей кастомайзинга термин «ореховские» уже давно не связан с ОПГ.

Так вот, о стиле: пока многие из талантливых российских мастеров старались построить лучший мотоцикл в своей карьере, «Орехи» бились над другой задачей. Жертвуя званием новаторов, они работали над собственным почерком, раз за разом оттачивая своё мастерство в направлении, интересном прежде всего им самим. Временами казалось, что ими выбранный стиль исчерпал себя, но мода приходила и уходила, а из стен мастерской Orekhovo Custom Art выезжали всё те же чопперы и бобберы в духе 70-х, только с каждым разом всё интереснее и взрослее. Ах, да, пожалуй самая главная «особенность» всех их проектов — фунциональность, доказанная многими десятками тысяч пройденных километров.

За шесть лет проведения московского этапа чемпионата мира по кастомайзингу Custom Art собрали целую коллекцию наград, но им не хватало лишь одной – чемпионского титула. Больше года скрывая от всех свои планы, буквально запираясь в мастерской, они готовили свой новый проект – кастом, способный удивить не только формой и обилием хрома, не только преданностью стилю и традициям, но завершённостью, полноценностью формулировки их видения всей культуры кастомайзинга. Проект Apostate – результат огромной работы, причём как художественной, так и технической. Великое множество искустно проработанных деталей, внимание к каждой мелочи, выразительность силуэта. Всё это дополняется нетривиальными техническими хитростями, а главное изумительным мотором, фактически изобретённым в стенах Orekhovo Custom Art. Оставаясь в рамках стиля, выйти за пределы его видимых границ – это то, к чему стремятся многие и чего, как мне кажется, добились Сергей Кузаков сотоварищи.

В коморке Папы Карло

Apostate, завоевавший звание лучшего российского мотоцикла 2012 года, готов к отправке в Стурджис на финал Чемпионата Мира и теперь его создатель и его хозяин могут спокойно рассказать историю его создания.

— Спасибо тем, кто помогал мне в этом проекте, — первым делом говорит Сергей, — Алексею, который доверил нам эту работу и финансировал постройку; «Ижевскому Арлену Нессу» Олегу Скворцову, который делал невозможное, оживляя мои эскизы (вся фрезеровочная и токарная работа, механизм глушителей – дело его рук); T&V Customs, Виолете и Саше за потрясающую аэрографию, а без Андрюхи Черепа, гениального механика вообще ничего бы не поехало и проект не мог бы именоваться гордым словом мотоцикл. Apostile уникален тем, что в его создании поучаствовало беспрецидентное количество хороших и талантливых людей: Фитиль помог с крышками головок цилиндров, Саша Ширяев, мой старый напарник решил массу проблемных вопросов, маляр Миша Домодедовский превзошёл себя, поставщики запчастей Володя Марков и Саша Гусев демонстрировали чудеса скорости, без этих людей мы не построили бы нашего чемпиона.

Я этот мотоцикл планировал сделать себе и идею вынашивал года три. Отсюда законченность. Я давно занимаюсь гравировкой, но такой глобальной работы не было в силу большой трудоёмкости процесса и массы побочных проектов. Я понимал какой хочу мотор, видел раму, подвеску, знал как это должно быть и технически и дизайнерски. Знал, но было не время. Когда Алексей заговорил о постройке нового мотоцикла, будто прозвенел звонок и я просто отдал ему все идеи, настолько я хотел, чтобы этот проект родился. «Я не очень понимаю, что это будет, но знаю, что это будет круто! Начинаем строить!», — сказал он и шестерёнки завертелись.

— Я видел себя на совсем другом мотоцикле, — говорит Алексей Ермошин, — Типовой чоппер, эдакий кастом-хромовский вариант, да и вобще я, честно говоря, колебался, зачем мне третий мотоцикл… Однажды, когда предыдущий наш проект был ещё не закончен, Сергей уставился в листок бумаги и стал набрасывать эскиз. «Вот, что я хотел бы построить» — сказал он. «Ты кому-нибудь это показывал?», спросил я. «Нет!» — мне не нужно было больше думать. Надо сказать, что когда за год до этого мы с Сергеем начинали строить мотоцикл Grandpa (лучший modified H-D прошлого года), он подкидывал идею «попилить донора на чоппер», но тогда мне хотелось другого, я был не готов к столь радикальному варианту.

Когда в конце концов пришёл донор, с момента принятия решения прошло полгода и эскиз слегка изменился. «Я вижу его боббером», — заявил Сергей! «Но ведь должен был быть чоппер…» «Это будет следующий, сейчас боббер!» Я не возражал и теперь понимаю, что и не следовало. В итоге родилась концепция, на которой мы остановились и придерживались её до конца: симбиоз боббера и чоппера, на сухой раме, управляемый и готовый ехать на очень дальние расстояния.

Сергей:

Мы искали неприменно ранний ShovelHead, но оказалось, что найти такой донор почти невозможно. Было решено привезти из Штатов более доступный мотоцикл с эволюшеновским блоком и доработать его на месте. Черепу, пожалуй в первый раз дали волю! Его самые сумасшедшие идеи по модификации мотора казались нам чем-то несбыточным, но в последствии все реализовались.

Поскольку оригинальный блок нас не устроил — это непременно должно было быть панхедовское “банджо”, самый правильный блок для мотоцикла старой школы — был куплен картер Panhead от S&S. Далее, перед нами стояла задача правильно установить цилиндры Shovel и обеспечить их правильную и хорошую работу. Это делают исключительно редко – Panhead блок и Shovel верхушка. Обычно Panshovel — это замена одного цилиндра shovel на panhead, здесь же мы пошли на гораздо больший изыск. Наш двигатель должен был быть надёжным, большим, но со старым шармом, именно поэтому Фитиль, как гениальный сварщик помог изготовить крышки головок цилиндров, а «кишки» – жуткий симбиоз из панхедовсих и шовеловских деталей от S&S, Andrews и Jim’s. Технологическая невозможность состыковки двух моторов привели к грандиозной переделке поршневой, которую нам специально изготовили на S&S. У Володи Маркова нашёлся человек, который поехал в конструкторское бюро S&S и доказал им что так, как мы говорим — можно. Это было очень приятно, что такая уважаемая компания пошла нам навстречу, изготовив единственный в своём роде мотор. Коробка — тоже эксклюзив от Rev Tech специальный заказ, недоступный по каталогу. Коробка оказалась несовместима с мотором, отсюда ещё один эксклюзив, теперь от BDL, изготовивших уникальную primary.

Я всегда увлекался гравировкой, почти все мои проекты украшены различными орнаментами, но в этот раз передо мной стояла грандиозная задача и Алексей отправился покупать две алюминиевые плиты, а я новую гравировочную машинку и несколько боров – объёмные картины, вырезанные из цельного металла должны были стать половинками бака. Забегая вперёд скажу, что плит хватило, а вот машинок было куплено ещё четыре, не говоря уже о нескольких горстях боров.

Алексей:

Алюминиевые плиты оказались тяжёлыми настолько, что я испугался за вес мотоцикла. Однако Сергей успокоил меня – «девяносто процентов веса уйдёт в отходы!» После этого я очень долго наблюдал его в очках, с бормашиной и по колено в стружке. Когда Серёга показал первые детали, меня поразил уровень работы. Это была не просто гравировка — гравюра, произведение искусства!

Сергей:

Алексей до последнего не мог представить себе весь проект целиком, потому что все детали показывались отдельно и клались на полку. Те немногие, кто видел их одаривали нас лучшим комплиментом «Психи!», но никто до финала не видел всего!

Получившийся орнамент — это дикая смесь из готики, скифских мотивов и кельтских узоров. Мотоцикл будто был извлечён из древнего кургана. Разговор с Виолетой, которая работала над аэрографией, занял несколько дней. Её фантазия шикарно дополнила мои задумки.

Металл должен был выглядеть как старое серебро, поэтому последовали долгие и безуспешные эксперименты с химической обработкой. Случайно, на барахолке я покупаю старую советскую книгу по методам обработки металлов и в ней нахожу самые простые методы в том числе и чернения алюминия. Один из них сработал, так что мы с гордостью продолжили традиции Строгановского училища, где был изобретён этот способ.

Ещё раз не могу не вспомнить про Олега Скворцова. После совместной поездки в Штаты у нас обоих здорово расширились горизонты. Я и не мог себе представить, что все те детали, проекты которых я отправлял в город Чайковский воплотятся так ярко и самобытно. Комбинация металлов, стилистически правильные и одновременно оригинальные формы всех фрезерованных элементов – уровень работы Олега превзошёл все мои ожидания. Чтобы настроить глушители, Олег специально приезжал в Москву и тренировался на моём мотоцикле, в итоге получилась система с 4 вариантами звука на каждой трубе (и того 16 вариантов звучания мотоцикла).

Пришлось повозиться с седлом: последний раз я выжигал в третьем классе, а тут пришлось вспомнить все свои навыки. Рисунок пробивался, вырезался гравировальной машиной, выжигался, затем обжигалось всё седло и в конце кожа крепилась к основанию.

Необычной формы руль был доукомплектован ветровым стеклом – определённый ответ друзьям, шутившим над Черепом, который со своим эйпхенгером ездит на дальние расстояния, пренебрегая всеми благами современных мототехнологий.

Что это? Японская школа? Американский олдскул? Моё мнение – японского стиля не существует. Я видел его в музее Арлена Несса, сделанные им в 70-е годы мотоциклы это то, что теперь приписывают японцам. Они просто берут всё самое лучшее и доводят до совершенства. Шведы, к примеру, идут в своём направлении, а японцы ищут вдохновения в Америке. Что касается Apostate — это наш стиль! Мы работаем и в других, но наши собственные мотоциклы тоже духом из 70-х.

Под конец, когда мотоцикл уже стоял на экспозиции выставки, оставалось место для ещё одной интриги. Алексей задумывал мотоцикл как подарок супруге, но до сих пор она не знала о его планах и вообще понятия не имела о том, куда уходит семейный бюджет. Когда Ольга увидела Apostate ей стало, как она говорит, обидно за мужа, обидно, что это не он владелец этого чуда. Уже во время награждения, когда был объявлен победитель на сцену пригласили именно её и эти эмоции не возможно повторить.

Оставить комментарий

Вы должны быть залогинены чтобы оставить комментарий.